Андрей Колкутин

Родился в 1957 году.
Живёт и работает в городе Нальчике.
Участвует в выставках с 1983 года.
Член союза художников с 1986 года.
Картины художника выставлялись на 21 фестивале в Кань-сюр Мер (1989г,Франция), “Шесть современных советских художников”.
(Фонд Моны Бисмарк, 1990г,Париж), ”Галереи в Галерее”(1994г, Государственная Третьяковская Галерея).
В 1989 году удостоен 1-ой премии Биеннале Живописи в Софии.
В 1997 году издательство Ganymed Publishers выпускает книгу о творчестве художника.
Работы художника хранятся в Государственной Третьяковской Галерее, Государственном музее Кабардино-Балкарии, Волгоградской картинной галерее, Тульском художественном музее, коллекциях банков: “Московия”, “Столичный”, “Инкомбанк”, в коллекции Московского музейно-выставочного центра “Олимп”, а также в частных собраниях в России и за рубежом.
  
«В искусстве Андрея Колкутина нас поразили оригинальность и современность, с которыми он входил в традицию,представляющуюся нам глубоко русской. Его иконография обладала как подлинным и наивным вкусом народных лубков, мелодией, в которой Мусоргский услышал музыку “Картинок с выставки”, а Стравинский - “Свадебку” и “Петрушку”, - так и вневременным величием икон. Кроме того, обращение к отважному искусству пионеров авангарда начала века - конструктивистов и супрематистов - отдавало должное вкладу России в современное искусство. Смешивая далекое и близкое прошлое, Колкутин соединял одновременно почти исчезнувшую традиционную Русь с самой смелой, самой прогрессивной Россией, которой уже довольно давно затыкали рот. Он вновь связывал разорванную нить. Он возобновлял прерванную речь. Как Малевич, как Ларионов, как Гончарова, как витебский Шагал и Шагал Еврейского театра он возвращался к вечной России и к своему детству, к своей бабушке - бабе Шуре, маленькому провинциальному городу с невысокими домиками и колоритными персонажами. Открытые цвета, казалось, сошли с крестьянских вышивок и супрематических вариаций.
Что же касается художника, он говорил лишь о собственном личном видении, о принадлежащих всем ценностях... "Я знаю, что простые вещи будут всегда окружать меня, оставаясь при этом загадочными. Именно это оживляет мои картины и делает меня свободным. Думая о Малевиче, о Древнем Египте или русских иконах, я делаю что-то очень личное, то, что принадлежит мне" Этими словами он помещал себя в единое пространство творческого процесса, несвязанное с модой, рынком, политическими и экономическими событиями, хотя именно они позволили нам получить доступ к той части художественной сцены, которой он принадлежал. Обстоятельства нашего открытия Андрей Колкутин оставляет социологам и историкам. В 1988 году художественный критик Клаудиа Жоль отмечала: "... Очевидно, что советская художественная среда находится в фазе окончательного перерождения. Это не только "русская волна", это значительно больше, чем волна, это культурное пространство, по сей день расчлененное критериями европейских художественных процессов. Существование новой структуры искусства - факт, который в будущем нельзя будет игнорировать. Главный вопрос - попытаться понять, произойдет ли в настоящее время, очевидцами которого мы являемся, суровая встреча творений Запада и Востока и породит ли она плодотворные взаимовлияния." Таков анализ и вопрос наблюдателя.»
Элен Лассаль,
главный хранитель Музея Пикассо, Париж

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика